Утаможенника было гладкое округлое лицо, выражающее самые добрые чувства. Он был почтительно-приветлив и благожелателен - страница 8
.RU

Утаможенника было гладкое округлое лицо, выражающее самые добрые чувства. Он был почтительно-приветлив и благожелателен - страница 8



- А я тебя и так все время слушаю. Здоровье только порчу.

- Дело у меня небольшое, - сказал я. - Мне нужен слег.

Он сильно вздрогнул.

- Ты что, приятель, обалдел, что ли?

- Вы бы все-таки постыдились, - сказал бармен, - при людях-то... Совесть совсем потеряли.

- Заткнись, - сказал я ему.

- Ты потише, - грозно сказал бармен. - В полицию давно не таскали? А то смотри, раз, два - и высылка...

- Плевал я на высылку, - нагло сказал я. - Не суйся в чужие дела...

- Слегач вонючий, - сказал бармен. Он заметно озверел, но говорил негромко. - Слег ему захотелось. Сейчас позову сержанта, он тебе даст слег...

Буба сполз с табуретки и поспешно заковылял к выходу. Я оставил бармена и поспешил следом. Он выскочил под дождь и, забыв поднять капюшон, стал озираться, ища такси. Я догнал его и взял за рукав.

- Ну, что тебе от меня надо? - с тоской сказал он. - Я полицию позову.

- Пек, - сказал я. - Опомнись, Пек, я - Иван Жилин, ты же меня помнишь...

Он все озирался, то и дело вытирая ладонью воду, струившуюся по лицу. Вид у него был жалкий, загнанный, и я, стараясь подавить раздражение, все уверял себя, что это мой Пек, бесценный Пек, незаменимый Пек, добрый, умный, веселый Пек, все пытался вспомнить, какой он был за пультом "Гладиатора", и не мог, потому что невозможно было представить его где-нибудь, кроме бара, над стаканом спирта.

- Такси! - завизжал он, но машина промчалась мимо, в ней было полно людей.

- Пек, - сказал я, - поедем ко мне. Я тебе все расскажу.

- Отстаньте от меня, - сказал он, стуча зубами. - Я никуда с вами не поеду. Отстань! Я же тебя не трогал, я же тебе ничего не сделал, отстань, ради бога!

- Ну хорошо, - сказал я. - Я от тебя отстану. Но ты мне должен дать слег и дать свой адрес.

- Не знаю я никаких слегов, - застонал он. - Да что ж это за день такой сегодня, господи!..

Припадая на левую ногу, он побрел прочь и вдруг нырнул в подвальчик с красивой скромной вывеской. Я последовал за ним. Мы сели за столик, и нам тотчас принесли горячее мясо и пиво, хотя мы ничего не заказывали. Буба дрожал, мокрое лицо его стало синим. Он с отвращением оттолкнул тарелку и стал глотать пиво, обхватив кружку обеими ладонями. В подвальчике было тихо и пусто, над сверкающим буфетом висела белая доска с золотыми буквами: "У нас платят".

Буба поднял голову от кружки и тоскливо сказал:

- Можно, я уйду, Иван? Не могу... К чему все эти разговоры? Отпусти меня, пожалуйста...

Я взял его за руку.

- Пек, что с тобой творится? Ведь я тебя искал, адреса твоего нигде нет... Я тебя встретил совершенно случайно и ничего не понимаю. Как ты попал в эту историю?.. Может, я могу помочь тебе чем-нибудь? Может быть, мы...

Он вдруг с бешенством вырвал у меня руку.

- Вот палач, - прошипел он. - Гестаповец... Черт меня понес в этот "Оазис"... Дурацкая болтовня, сопли... Нет у меня слега, понял? Есть один, так я тебе его не отдам! Что я потом - как Архимед?.. Есть у тебя совесть? Тогда отпусти меня, не мучай...

- Я не могу тебя отпустить, - сказал я, - пока не получу слег. И твой адрес. Должны же мы поговорить...

- Я не желаю с тобой говорить, неужели ты этого не понимаешь? Я ни с кем ни о чем не желаю говорить. Я хочу домой... И слег свой я тебе не отдам... Что я вам, фабрика? Тебе отдам, а потом через весь город крюка давать?

Я молчал. Ясно было, что он ненавидит меня сейчас. Что если бы он чувствовал себя в силах, он бы убил меня и ушел. Но он знал, что это не в его силах.

- Сволочь, - сказал он с яростью. - Почему ты сам купить не можешь? Денег у тебя нет? На! На! - он стал судорожно рыться в карманах, выбрасывая на стол медяки и смятые бумажки. - Бери, здесь хватит!

- Что купить? У кого?

- Вот осел проклятый... Ну этот... Как его... м-м-м... как его... А, дьявол!.. - крикнул он. - Провались ты совсем! - Он запустил пальцы в нагрудный карман и вытащил плоский пластмассовый футлярчик. Внутри была блестящая металлическая трубочка, похожая на инвариант-гетеродин для карманных радиоприемников. - На! Жри! - Он протянул мне эту трубочку. Она была маленькая, длиной не больше дюйма и толщиной в миллиметр.

- Спасибо, - сказал я. - И как ею пользоваться?

У Пека раскрылись глаза. Он даже, кажется, улыбнулся.

- Господи, - сказал он почти с нежностью, - неужели ты ничего не знаешь?

- Ничего не знаю, - сказал я.

- Ну, так бы и сказал с самого начала. А я думаю, что он меня изводит, как палач? У тебя приемник есть? Вставь туда вместо гетеродина, повесь где-нибудь в ванной или поставь, все равно, и, валяй.

- В ванной?

- Да.

- Обязательно в ванной?

- Ну да! Обязательно нужно, чтобы тело было в воде. В горячей воде. Эх ты, теленок...

- А "Девон"?

- А "Девон" высыпь в воду. Таблеток пять в воду и одну в рот. На вкус они отвратительные, но зато потом не пожалеешь... И еще обязательно добавь в воду ароматических солей. А перед самым началом выпей пару стаканчиков чего-нибудь покрепче. Это нужно, чтобы... как это... ну... развязаться, что ли...

- Так, - сказал я. - Понятно. Теперь все понятно. - Я завернул слег в бумажную салфетку и положил в карман. - Значит, волновая психотехника?

- Господи, да какое тебе до этого дело? - Он уже стоял, надвигая капюшон на голову.

- Никакого, - сказал я. - Сколько я тебе должен?

- Пустяки, вздор! Пошли скорее... Какого черта мы теряем время?

Мы поднялись на улицу.

- Ты правильно решил, - сказал Пек. - Разве это мир? Разве в этом мире мы люди? Это дерьмо, а не мир. Такси! - завопил он. - Эй, такси! - Его затрясло от возбуждения. - И чего меня понесло в "Оазис"?.. Не-ет, теперь я больше никуда, никуда...

- Дай мне твой адрес, - сказал я.

- Зачем тебе мой адрес?

Подкатило такси, Буба рванул дверцу.

- Адрес! - сказал я, хватая его за плечо.

- Вот дурак, - сказал Буба. - Солнечная, одиннадцать... Вот дурак, - повторил он, усаживаясь.

- Завтра я к тебе заеду, - сказал я.

Он уже не обращал на меня внимания. "Солнечная! - крикнул он шоферу.

- Через центр! И побыстрее ради бога!"

Как просто, подумал я, глядя вслед его машине. Как все оказалось просто! И все совпадает. И ванна и "Девон". И орущие приемники, которые так нас раздражали и на которые мы никогда не обращали внимания. Мы их просто выключали... Я взял такси и отправился домой.

А вдруг он меня обманул, подумал я. Просто хотел от меня поскорее избавиться... Впрочем, это я скоро узнаю. Он совсем не похож на агента-распространителя. Он же Пек... Впрочем, нет, он уже больше не Пек. Бедный Пек. Никакой ты не агент, ты просто жертва. Ты знаешь, где можно купить эту гадость, но ты всего лишь жертва. Слушайте, я не желаю допрашивать Пека, я не желаю его трясти, как какую-нибудь шпану... Правда, он уже не Пек. Чепуха, что значит не Пек? Он - Пек... и все-таки... придется... Волновая психотехника... Но дрожка - это ведь тоже волновая психотехника. Что-то слишком просто все получается, подумал я. Я здесь и двух суток не пробыл... А Римайер живет здесь с самого мятежа. Как забросили его тогда, так он здесь и прижился, и все им были довольны, хотя в последних отчетах он писал, что ничего похожего на то, что мы ищем, здесь нет. Правда, у него нервное истощение... и "Девон" на полу. И Оскар. И он не стал умолять меня, чтобы я его отпустил, а просто направил меня к рыбарям...

Я никого не встретил ни во дворе, ни в холле. Было уже около пяти. Я прошел к себе в кабинет и позвонил Римайеру. Ответил тихий женский голос.

- Как больной? - спросил я.

- Он спит. Не надо его беспокоить.

- Я не буду. Ему лучше?

- Я же вам сказала, что он заснул. И не звоните так часто, пожалуйста. Ваши звонки его тревожат.

- Вы будете у него все время?

- Во всяком случае, до утра. Если вы позвоните еще хоть раз, я выключу телефон.

- Благодарю вас, - сказал я. - Вы только не уходите от него до утра. Я больше не буду вас беспокоить.

Я повесил трубку и некоторое время сидел, размышляя, в удобном мягком кресле перед большим и совершенно пустым столом. Потом я достал из кармана слег и положил перед собой. Маленькая блестящая трубочка, незаметная и совершенно безобидная на вид, обычная радиодеталь. Такие можно делать миллионами. Они должны стоить копейки и очень удобны при транспортировке.

- Что это у вас? - спросил Лэн над самым моим ухом.

Он стоял рядом и смотрел на слег.

- Разве ты не знаешь? - спросил я.

- Это из приемника, - сказал он. - У меня в приемнике есть такая. Все время портится.

Я достал из кармана свой приемник, вынул из него гетеродин и положил рядом со слегом. Гетеродин был похож на слег, но это был не слег.

- Неодинаковые, - признал Лэн. - Но такую штучку я тоже видел.

- Какую?

- Вот такую, как у вас.

Он вдруг насупился, и лицо его сделалось сердитым.

- Вспомнил? - спросил я.

- Вовсе нет, - сказал он мрачно. - Ничего я не вспомнил.

- Ну и ладно, - сказал я. Я взял слег и вставил его в приемник вместо гетеродина. Лэн схватил меня за руку.

- Не надо, - сказал он.

- Почему?

Он не ответил, глядя на приемник настороженными глазами.

- Ты чего боишься? - спросил я.

- Ничего я не боюсь, откуда вы взяли...

- Посмотрись в зеркало, - сказал я и положил приемник в карман. - У тебя такой вид, будто ты за меня испугался.

- За вас? - удивился он.

- Ну ясно, за меня. Не за себя же... Хотя да, ведь ты еще боишься этих... некротических явлений.

Он стал смотреть в сторону.

- Откуда вы взяли? - сказал он. - Просто мы так играем.

Я презрительно фыркнул.

- Знаю я эти игры! Одного вот только не знаю: откуда в наше время берутся некротические явления?

Он озирался по сторонам, потом стал пятиться.

- Я пойду, - сказал он.

- Нет уж, - сказал я решительно. - Давай договорим, раз начали. Как мужчина с мужчиной. Ты не думай, я в этих некротических явлениях кое-что смыслю.

- Что вы смыслите? - он был уже возле дверей и говорил очень тихо.

- Побольше тебя, - сказал я строго. - Но орать об этом на весь дом не собираюсь. Если хочешь говорить, подойди сюда... Я-то ведь не некротическое явление... Залезай сюда на стол и садись.

Целую минуту он колебался, исподлобья глядя на меня, и все, чего он опасался, и все, на что он надеялся, появлялось и исчезало у него на лице. Наконец он сказал:

- Я только дверь закрою.

Он сбегал в гостиную, закрыл дверь в холл, вернулся, плотно закрыл дверь в гостиную и подошел ко мне. Руки у него были в карманах, лицо бледное, а оттопыренные уши - красные и холодные.

- Во-первых, ты дурак, - объявил я, подтащив его к себе и поставив между коленей. - Жил-был мальчик до того запуганный, что штанишки у него не высыхали даже на пляже, а уши у него от страха были такие холодные, словно он клал их на ночь в холодильник. Этот мальчик все время дрожал, и так он дрожал, что, когда вырос, у него оказались извилистые ноги, а кожа сделалась, как у ощипанного гусака.

Я надеялся, что он хоть раз улыбнется, но он слушал очень серьезно и очень серьезно спросил:

- А чего он боялся?

- У него был старший брат, хороший человек, но большой любитель выпить. И как это часто бывает, подвыпивший брат был совсем не похож на брата трезвого. У него делался очень дикий вид. А когда он выпивал особенно много, то делался похожим на покойника. И вот этот мальчик...

На лице Лэна появилась презрительная усмешка.

- Нашел чего бояться... Они, когда пьяные, наоборот, добрые.

- Кто - они? - сейчас же спросил я. - Мать? Вузи?

- Ну да. Мама, наоборот, с утра, как встанет, всегда злится, а потом раз выпьет вермуту, два выпьет вермуту, и все. А к вечеру уже совсем добрая, потому что ночь близко...

- А ночью?

- Ночью этот хмырь приходит, - неохотно сказал Лэн.

- До хмыря нам дела нет, - деловито сказал я. - Не от хмыря же ты в гараж убегаешь.

- Я не убегаю, - сказал он упрямо. - Это такая игра.

- Не знаю, не знаю, - сказал я. - Есть, конечно, на свете вещи, которых даже я боюсь. Например, когда мальчик плачет и дрожит. Я на такие вещи смотреть не могу, у меня все внутри прямо переворачивается. Или когда зубы болят, а по ходу дела надо улыбаться, - вот это страшно, ничего не скажешь. А бывают просто глупости. Когда дураки, например, от безделья и от жира угощают мозгом живой обезьянки. Это уже не страшно, это просто противно. Тем более что это они не сами придумали. Это еще тысячу лет назад - и тоже с жиру - придумали толстые тираны на дальнем востоке. А нынешние дурачки услыхали про это и обрадовались. Так их ведь жалеть надо, а не бояться...

- Жалеть, - сказал Лэн. - Они-то ведь никого не жалеют. Они что захотят, то и делают. Им ведь все равно, как вы не понимаете... Им если скучно, то все равно, кому голову пилить... Дурачки... Это они днем, может быть, дурачки, вы вот все это не понимаете, а ночью они не дурачки, они все проклятые...

- Как это так?

- Всем миром они проклятые. Покоя им нет и не будет. Вы-то ничего не знаете... Вам что, как приехали, так и уедете... А они - ночью живые, а днем мертвые... Трупные...

Я сходил в гостиную и принес ему воды. Он выпил полный стакан и сказал:

- А вы скоро уедете?

- Да нет, что ты, - сказал я, похлопывая его по спине. - Я же только что приехал.

- Можно, я у вас ночевать буду?

- Конечно.

- Сначала у меня замок был, а сейчас она у меня замок зачем-то сняла. А зачем сняла - не говорит...

- Ладно, - сказал я. - Будешь спать у меня в гостиной. Хочешь?

- Да.

- Вот, запирайся там и спи на здоровье. А я тогда в спальню через окно забираться буду.

Он поднял голову и пристально посмотрел мне в лицо.

- Думаете, у вас двери запираются? Я тут все знаю. У вас ведь тоже не запираются.

- Это у вас они не запираются, - сказал я по возможности небрежно. - А у меня они запираться будут. На полчаса работы.

Он неприятно, как взрослый, засмеялся.

- Вы сами-то боитесь. Ладно, я пошутил. Запираются они у вас, не бойтесь.

- Дурачина ты, - сказал я. - Я же тебе сказал, что ничего такого не боюсь. - Он испытующе смотрел на меня. - А замок я хотел сделать в гостиной для того, чтобы ты спал спокойно, раз уж ты такой боязливый. А я всегда сплю с открытым окном.

- Я же говорю, - сказал он, - я пошутил.

Мы помолчали.

- Лэн, - сказал я, - а кем ты будешь, когда вырастешь?

- А что? - сказал он. Он очень удивился. - Какая мне разница?

- Как так - какая разница? Тебе все равно, химиком ты будешь или барменом?

- Я же вам сказал: мы все проклятые. От проклятья-то не уйдешь, как вы понять не можете, это же всякий знает.

- Что ж, - сказал я, - бывали и раньше проклятые народы. А потом рождались дети, которые вырастали и снимали проклятье.

- А как?

- Это долго объяснять, дружище. - Я встал. - Я тебе это еще обязательно расскажу. А сейчас беги играй. Днем-то ты хоть играешь? Ну, вот и беги. А когда солнце сядет, приходи, я тебе постелю.

Он сунул руки в карман и пошел к дверям. Там он остановился и сказал через плечо:

- А эту штучку из приемника вы лучше выньте. Вы думаете, это что такое?

- Гетеродин, - сказал я.

- Никакой это не гетеродин. Вы его выньте, а то вам плохо будет.

- Почему это мне плохо будет? - сказал я.

- Выньте, - сказал он. - Вы всех будете ненавидеть. Вы сейчас не "Проклятый", а станете "Проклятым". Кто вам его дал? Вузи?

- Нет.

Он умоляюще посмотрел на меня.

- Иван, выньте!

- Так и быть, - сказал я. - Выну. Беги играй. И никогда меня не бойся, слышишь?

Он ничего не сказал и вышел, а я остался сидеть в кресле, положив руки на стол, и скоро услышал, как он завозился в кустах сирени под окнами. Он шуршал, топал, что-то бормотал и тихонько вскрикивал, разговаривая сам с собой: "...Принесите флаги и ставьте здесь, и здесь, и здесь... вот... вот... вот... И тогда я сел в самолет и улетел в горы..." Интересно, когда он ложится спать? - подумал я. Хорошо, если в восемь или хотя бы в девять, зря я, пожалуй, все это затеял, сейчас бы заперся в ванной и через два часа уже все знал бы, да нет, не мог же я отказать ему, представь-ка себя на его месте, но это не метод, я потакаю его страхам, надо было придумать что-нибудь поумнее, а попробуй придумай, это тебе не Аньюдинский интернат, ох, какой же это не Аньюдинский интернат, какое же это все не такое, и что же мне сейчас предстоит, какой, интересно, круг рая, только если будет щекотно, я не смогу, интересно, рыбари - это тоже круг рая, наверняка, меценатство для аристократов духа, а Старое Метро для тех, кто попроще, хотя интели тоже аристократы духа, а напиваются как свиньи и ни на что больше не годны, даже они больше ни на что не годны, слишком много ненависти, слишком мало любви, ненависти легко научить, а вот любви - трудно, и потом любовь слишком затаскали и обслюнявили, и она пассивна, почему-то так получилось, что любовь всегда пассивна, а ненависть зато всегда активна и потому очень привлекательна, и говорят еще, что ненависть - от природы, а любовь - от ума, от большого ума, а с интелями все-таки хорошо бы поговорить, не все же они там дураки и истерики, а вдруг удастся найти человека, что, собственно, хорошо у человека от природы, фунт серого вещества, но и это не всегда хорошо, так что человеку всегда приходится начинать на голом месте, а хорошо было бы, если бы наследовались социальные признаки; правда, тогда Лэн был бы сейчас маленьким генерал-полковником; нет уж, лучше не надо, лучше на голом месте, он бы, конечно, ничего не боялся, но зато он бы пугал других, не генерал-полковников...

Я вздрогнул, потому что увидел: на яблоне напротив окна сидит Лэн и пристально смотрит на меня. В следующее мгновение он исчез, только затрещали ветки и посыпались яблоки. Нипочем не верит, подумал я. Никому не верит. А я кому-нибудь верю в этом городе? Я перебрал всех, кого мог вспомнить. Нет, никому я не верю. Я снял трубку, позвонил в "Олимпик" и попросил соединить с номером восемьсот семнадцать.

- Слушаю вас, - сказал голос Оскара.

Я молчал, прикрывая микрофон пальцами.

- Слушаю! - раздраженно повторил Оскар. - Второй раз уже, - сказал он кому-то в сторону. - Алло!.. Да нет, какие у меня здесь могут быть женщины?.. - Он повесил трубку.

Я взял томик Минца, лег в гостиной на тахту и читал до сумерек. Очень люблю Минца, но совершенно не помню, о чем я читал. С шумом проехала вечерняя смена. Тетя Вайна кормила Лэна ужином, пичкала его толокном с горячим молоком. Лэн капризничал, хныкал, а она терпеливо и ласково уговаривала его. Таможенник Пети внушал командирским голосом, но вполне добродушно: "Надо есть, надо есть, раз мать говорит - надо есть, выполняйте..." Заходили двое каких-то, судя по голосам - разболтанных молодых людей, спрашивали Вузи и заигрывали с тетей Вайной. По-моему, они были пьяны. Темнело быстро. В восемь часов в кабинете зазвонил телефон. Я босиком сбегал в кабинет и взял трубку, но никто не заговорил. Как аукнется, так и откликнется. В восемь десять в дверь постучали. Я обрадовался, что это Лэн, но это оказалась Вузи.

- Что же вы даже не заходите? - возмущенно спросила она прямо с порога. На ней были шорты с изображением подмигивающей физиономии, тесная курточка-безрукавка, открывающая пупок, и огромный прозрачный шарф, она была свежая и крепенькая, как недозрелое яблоко. До оскомины.

- Я сижу и жду его весь день, а он здесь валяется. У вас болит что-нибудь?

Я поднялся и сунул ноги в туфли.

- Садитесь, Вузи. - Я похлопал по тахте рядом с собой.

- Не сяду я с вами, - сказала она. - Он тут читает, оказывается... Хоть бы выпить предложил.

- В баре, - сказал я. - Как поживает слюнявая корова?

- Слава богу, сегодня ее не было, - сказала Вузи, залезая в бар. - Сегодня мне досталась мэриха... Вот дурища! Почему, значит, ее никто не любит? А за что ее любить?.. Вам с водой?.. Глаза белые, морда красная, задница диваном - ну как у лягушки, ей-богу... Слушайте, давайте сделаем "хорек". Сейчас все делают "хорек"...

- А я не люблю делать, как все.

- Это я и сама вижу. Все идут гулять, а он валяется. И читает вдобавок.

- Он устал, - сказал я.

- Ах, так? Тогда я могу уйти!

- А я вас не пущу, - сказал я, поймал ее за шарф и посадил рядом с собой. - Вузи, девочка, вы специалист только по дамскому хорошему настроению или вообще? Не можете ли вы привести в хорошее настроение одинокого мужчину, которого никто не любит?

- А за что вас любить? - она оглядела меня. - Глаза рыжие, нос картошкой...

- Как у крокодила.

- Как у пса... Не обнимайтесь, я вам не позволю. Почему вы не зашли?

- А почему вы меня вчера бросили?

- Здравствуйте, я его бросила!..

- Одного, в чужом городе...

- Я его бросила! Да я вас потом везде искала! Я всем рассказывала, что вы тунгус, а вы пропали, - очень нехорошо с вашей стороны... Нет, я не разрешаю! Где вы вчера были? Рыбарили, наверное? А сегодня опять ничего не расскажете...

- Почему это не расскажу? - сказал я. И я рассказал ей про Старое Метро. Я сразу сообразил, что правды будет недостаточно, и я рассказал про людей в металлических масках, про жуткую клятву, про стену, мокрую от крови, про рыдающий скелет - про разные вещи я рассказал и дал ей пощупать желвак за ухом. Ей все очень понравилось.

- Пойдемте сейчас же, - сказала она.

- Ни за что, - сказал я и лег.

- Что за манеры? Сейчас же вставайте, и пойдем! Ведь мне никто не поверит, а вы покажете эту шишку, и все сразу будет в порядке.

- А потом мы пойдем на дрожку? - осведомился я.

- Ну да! Знаете, это, оказывается, даже полезно для здоровья...

- И будем пить бренди?

- И бренди, и вермут, и "хорек", и виски...

- Хватит, хватит... И будем тискаться в машинах на скорости в сто пятьдесят миль?.. Слушайте, Вузи, зачем вам туда идти?

Она, наконец поняла и растерянно заулыбалась.

- А что тут плохого? Рыбари ведь тоже ходят...

- Да нет, ничего плохого, - сказал я. - Но что тут хорошего?

- Не знаю. Все так делают. Иногда бывает очень весело... И дрожка. В дрожке все всегда исполняется...

- Что же это - все?

- Ну не все, конечно... Но о чем думаешь, чего хотелось бы, часто исполняется. Как во сне.

- Так, может, лучше лечь спать?

- Ну да! - сердито сказала она. - В настоящем сне такое бывает... Будто вы не знаете! А в дрожке - только то, что хочется!..

- А что вам хочется?

- Н-ну... Много чего...

- А все-таки? Вот пусть я волшебник. И я вам говорю: загадайте три желания. Любые, какие хотите. Самые сказочные. И я вам их исполню. Ну-ка?

Она тяжело задумалась, у нее даже плечи опустились. Потом лицо ее прояснилось.

- Чтобы я никогда не старилась! - заявила она.

- Отлично, - сказал я. - Раз.

- Чтобы я... - вдохновенно начала она и замолчала.

Я очень любил задавать этот вопрос своим и задавал его при каждом удобном случае. Несколько раз я задавал своим ребятам даже сочинения на тему "Три желания". И мне всегда было очень интересно, что из тысячи мужчин и женщин, стариков и ребятишек всего два-три десятка сообразили, что желать можно не только для себя лично и для ближайших тебе людей, но и для большого мира, для человечества в целом. Нет, это не было свидетельством неистребимости человеческого эгоизма, желания совсем не всегда были сугубо эгоистичными, а большинство опрошенных потом, когда я напоминал им об упущенных возможностях и о великих всечеловеческих проблемах, спохватывалось, совершенно искренне сердилось и упрекало меня, что я сразу не сказал. Но так или иначе все они начинали свой ответ чем-нибудь вроде: "Чтобы я..." Здесь проявлялась какая-то вековая подсознательная убежденность, что твои личные желания ничего не могут изменить в большом мире - есть у тебя волшебная палочка или нет, безразлично...

- Чтобы мне... - снова начала Вузи и снова замолчала. Я украдкой следил за нею. Она заметила это, расплылась в улыбке и, махнув рукой, сказала: - Да ну вас, в самом деле... Ну и трепач вы!

- Нет-нет-нет, - сказал я. - К этому вопросу всегда нужно быть готовым. А то вот был у меня один знакомый, он всем задавал этот вопрос, а потом сокрушался: "Ах, а я вот так не сообразил, такой случай потерял". Так что это совершенно серьезно. Первое у вас - чтобы никогда не стариться. А дальше?

- Ну что дальше?.. Ну, конечно, хорошо бы иметь красивого парня, чтобы все за ним бегали, а он бы только со мной был. Всегда.

- Превосходно, - сказал я. - Это два. И наконец?

По ее лицу было видно, что эта игра ей уже надоела и что сейчас она что-нибудь отмочит. И она отмочила. Я даже глазами захлопал.

- Да, - сказал я. - Это, конечно, да... Только это случается и без волшебства...

- Как сказать! - возразила она и принялась развивать идею, ссылаясь на невзгоды своих клиенток. Все это ей было очень весело и забавно, а я, позорно потерявшись, дул бренди с лимонным соком и стесненно хихикал, чувствуя себя девой-неудачницей. Нет, если бы это происходило в кабаке, я бы знал, как себя вести... Ох... Ну и ну... Да-а-а!.. Хорошенькими делами они там занимаются в Салонах Хорошего Настроения... Ай да престарелые!..

- Ф-фу-у... - сказал я наконец. - Вузи, вы меня смущаете... И потом я уже все понял. Я вижу, что без волшебства действительно не обойтись. Хорошо, что я не волшебник!

- Здорово я вас уела! - радостно сказала Вузи. - А вы бы чего сейчас пожелали?

Тогда я тоже решил пошутить.

- Мне ничего такого не надо, - сказал я. - Я ничего такого и не умею. Я бы хотел хороший добрый слег...

Она весело улыбалась.

- Мне трех желаний не требуется, - пояснил я. - Мне хватит одного. Она еще улыбалась, но улыбка ее стала растерянной, потом кривой,

потом она перестала улыбаться.

- Что? - сказала она жалким голосом.

- Вузи!.. - сказал я, поднимаясь. - Вузи!..

Она словно не знала, что делать. Она вскочила, потом села, потом опять вскочила. Столик с бутылками опрокинулся. На глазах у нее были слезы, а лицо было жалким, как у ребенка, которого нагло, грубо, жестоко, издевательски обманули. И вдруг она закусила губу и изо всех сил ударила меня по лицу - раз и еще раз. И пока я моргал, она, уже совсем плача, отшвырнула ногой опрокинутый столик и выбежала вон. Я сидел с раскрытым ртом. В темном саду взревел мотор, вспыхнули фары, затем шум двигателя пронесся по двору, по улице и затих в отдалении.

Я ощупал физиономию. Ай да шутка! Никогда в жизни я еще не шутил так эффектно. Болван старый... Вот тебе и слег...

- Можно? - спросил Лэн. Он стоял в дверях, и он был не один. С ним был угрюмый, остриженный наголо конопатый мальчик. - Это Рюг, - сказал Лэн. - Можно, он тоже будет ночевать здесь?

- Рюг, - задумчиво сказал я, разглаживая щеки. - Рюг, значит... Ну да, конечно, хоть два Рюга... Слушай, Лэн, а почему ты не пришел на десять минут раньше?

- Так тут же она была, - сказал Лэн. - Мы в окно смотрели, ждали, когда она уйдет.

- Да? - сказал я. - Очень интересно. Рюг, голубчик, а что скажут твои родители?

Рюг не ответил. Лэн сказал:

- У него не бывает родителей.

- Ну хорошо, - сказал я, чувствуя легкое утомление. - А вы не будете драться подушками?

- Нет, - сказал Лэн, не улыбаясь. - Мы будем спать.

- Ладно, - сказал я. - Я вам сейчас постелю, а вы быстренько приберите вот это все...

Я постелил им на тахте и на креслах, они сразу же разделись и легли. Я запер дверь в холл, погасил у них свет и перешел ко мне в спальню и некоторое время сидел у окна, слушая, как они шепчутся, ворочаются и двигают мебель. Потом они затихли. Около одиннадцати часов в доме раздался звон битого стекла. Голос тети Вайны запел какую-то маршевую песню, и снова зазвенело разбитое стекло. По-видимому, неутомимый Пети опять падал мордой. Из города доносилось: "Дрож-ка! Дрож-ка!" Кого-то громко тошнило на улице.

Я запер окно и опустил шторы. Дверь из кабинета в спальню я тоже запер. Потом я отправился в ванную и пустил горячую воду. Я все сделал по инструкции: поставил приемник на полочку для мыла, бросил в воду несколько таблеток "Девона" и кристаллики ароматической соли и хотел уже проглотить таблетку, когда вспомнил, что необходимо еще "развязаться". Мне не хотелось беспокоить ребятишек, да это и не понадобилось: початая бутыль с бренди нашлась в туалетном шкафчике. Я сделал несколько глотков прямо из горлышка, закусил таблеткой, потом разделся догола, залез в ванну и включил приемник.

11

Я нарочно не включал терморегулятор, и, когда вода остыла, я очнулся. Вопил приемник, блеск яркого света на белых стенах резал глаза. Я основательно озяб и покрылся пупырышками. Выключив приемник, я пустил горячую воду и остался в ванне, наслаждаясь приливающим теплом и очень странным, очень новым ощущением полной, какой-то космически огромной пустоты. Я ожидал похмелья, но похмелья не было. Было просто хорошо. И было очень много воспоминаний. И очень хорошо думалось, словно после долгого отдыха в горах...

В середине прошлого века Олдс и Милнер занимались экспериментами по мозговой стимуляции. Они вживляли электроды в мозг белых крыс. У них была варварская техника и варварская методология, но, отыскав в мозгу у крыс центры наслаждения, они добились того, что животные часами нажимали на рычажок, замыкающий ток в электродах, производя до восьми тысяч самораздражений в час. Эти крысы не нуждались ни в чем реальном. Они знать ничего не хотели, кроме рычага. Они игнорировали пищу, воду, опасность, самку, их ничто в мире не интересовало, кроме рычага стимулятора. Позже опыты были поставлены на обезьянах и дали те же результаты. Ходили слухи, что кто-то ставил такие эксперименты на преступниках, приговоренных к смерти...

То было тяжелое для человечества время: время борьбы против атомного уничтожения, время непрерывных малых войн по всему лицу планеты, время, когда большинство людей голодало, но даже тогда английский писатель и критик Кингсли Эмис, узнав об опытах с крысами, написал: "Не могу утверждать, что это пугает меня сильнее, нежели берлинский или тайваньский кризис, но должно, по-моему, пугать сильнее". Он многого опасался в будущем, этот умный и ядовитый автор "Новых карт ада", и, в частности, он предвидел возможности мозговой стимуляции для создания иллюзорного бытия, столь же или более яркого, нежели бытие реальное.

В конце века, когда наметились первые триумфы волновой психотехники и стали пустеть психиатрические лечебницы, в хоре восторженных воплей научных комментаторов раздражающим диссонансом прозвучала брошюрка Криницкого и Миловановича. В заключительной ее главе советские педагоги Криницкий и Милованович писали примерно следующее. В огромном большинстве стран мира воспитание молодого поколения находится на уровне восемнадцатого-девятнадцатого столетия. Эта давняя система воспитания ставила и ставит своей целью прежде всего и по преимуществу подготовить для общества квалифицированного, но оболваненного участника производственного процесса. Эту систему не интересуют все остальные потенции человеческого мозга, и поэтому вне производственного процесса человек в массе остается психологически человеком пещерным, Человеком Невоспитанным. Неиспользование этих потенций имеет результатом неспособность индивидуума к восприятию нашего сложного мира во всех его противоречиях, неспособность связывать психологически несовместимые понятия и явления, неспособность получать удовольствие от рассмотрения связей и закономерностей, если они не касаются непосредственного удовлетворения самых примитивных социальных инстинктов. Иначе говоря, эта система воспитания практически не развивает в человеке чистого воображения, фантазии и - как немедленное следствие - чувства юмора. Человек Невоспитанный воспринимает мир как некий по сути своей тривиальный, рутинный, традиционно простой процесс, из которого лишь ценой больших усилий удается выколотить удовольствия, тоже в конце концов достаточно рутинные и традиционные. Но и неиспользованные потенции остаются, по-видимому, скрытой реальностью человеческого мозга. Задача научной педагогики как раз и состоит в том, чтобы привести в движение эти потенции, научить человека фантазии, привести множественность и разнообразие потенциальных связей человеческой психики в качественное и количественное соответствие с множественностью и разнообразием связей реального мира. Эта задача, как известно, и должна стать основной задачей человечества на ближайшую эпоху. Но пока эта задача не решена, остаются основания предполагать и опасаться, что успехи психотехники приведут к таким способам волновой стимуляции мозга, которые подарят человеку иллюзорное бытие, яркостью и неожиданностью своей значительно превышающие бытие реальное. И если вспомнить, что фантазия позволяет человеку быть и разумным существом и наслаждающимся животным, если добавить к этому, что психический материал для создания ослепительного иллюзорного бытия поставляется у человека невоспитанного самыми темными, самыми первобытными рефлексами, тогда нетрудно представить себе тот жуткий соблазн, который таится в подобных возможностях...

vash-pervij-god-v-setevom-marketinge-stranica-14.html
vash-rebenok-vse-chto-vam-nuzhno-znat-o-vashem-rebenke-s-rozhdeniya-do-dvuh-let-stranica-5.html
vasha-loshad-ekstrasens-richard-vebster-vash-pitomec-ekstrasens.html
vasil-stefanik-majster-psihologchno-noveli-chast-3.html
vasilev-pavel-vasilevich.html
vasilij-andreevich-zhukovskij.html
  • esse.bystrickaya.ru/razvitie-transgranichnoj-ekonomicheskoj-integracii-regionov-rossijskoj-federacii.html
  • credit.bystrickaya.ru/osnovnie-polozheniya-dissertacii-otrazheni-v-sleduyushih-publikaciyah-razvivayushaya-psihologicheskaya-diagnostika-v-obrazovanii.html
  • notebook.bystrickaya.ru/klassnij-chas-spid-smertelnaya-ugroza.html
  • lecture.bystrickaya.ru/7-obrazovatelnie-tehnologii-rabochaya-programma-uchebnoj-disciplini-psihologiya-napravlenie-podgotovki.html
  • urok.bystrickaya.ru/prilozhenie-7-tipovoj-ustav-tszh-broshyura-kak-zashitit-svoi-prava-pri-novom-zhilishnom-kodekse-obnovlennij-variant-noyabr-2005.html
  • kontrolnaya.bystrickaya.ru/rebra-zhestkosti-sploshnih-izgibaemih-balok-stroitelnie-normi-i-pravila.html
  • shpargalka.bystrickaya.ru/uchebno-metodicheskij-kompleks-disciplini-ftd-1-ftd-3-normirovanie-vozdejstviya-na-okruzhayushuyu-sredu.html
  • composition.bystrickaya.ru/plani-seminarskih-zanyatij-po-kursu-vneshneekonomicheskaya-deyatelnost-predpriyatiya-dlya-studentov-fakulteta-ekonomiki-i-upravleniya-sostavitel-prof-shurkalin-a-k.html
  • lektsiya.bystrickaya.ru/poyasnitelnaya-zapiska-k-tematicheskomu-planirovaniyu-po-russkomu-yaziku-stranica-4.html
  • crib.bystrickaya.ru/internet-resursi-radio-9-mayak-25-02-2005-novosti-14-00-00-stadnickaya-lora-9.html
  • klass.bystrickaya.ru/avtoreferati-ukazatel-cheboksari.html
  • urok.bystrickaya.ru/programma-festivalya-nauki-2010-g.html
  • zanyatie.bystrickaya.ru/tragicheskaya-sudba-naroda-vo-vtoroj-mirovoj-vojne.html
  • occupation.bystrickaya.ru/metodicheskie-ukazaniya-po-prohozhdeniyu-uchebnoj-oznakomitelnoj-praktiki-rostov-na-donu-2008-g.html
  • uchit.bystrickaya.ru/statya-90-platelshiki-naloga-na-dobavlennuyu-stoimost-stranica-24.html
  • notebook.bystrickaya.ru/izolyaciya-i-otbor-na-refugialnih-etapah-evolyucii-vida-organizacionnij-komitet-konferencii-predsedatel.html
  • znanie.bystrickaya.ru/aleksej-karpov-ti-umeesh-horosho-uchitsya.html
  • uchebnik.bystrickaya.ru/utverdit-prilagaemij-plan-protivodejstviya-korrupcii-v-federalnoj-sluzhbe-gosudarstvennoj-statistiki-dalee-plan-rukovoditelyam-strukturnih-podrazdelenij-centralnogo-apparata-rosstata-obespechit-vipolnenie-plana.html
  • klass.bystrickaya.ru/43-analiz-praktiki-patentovaniya-krupnejshih-globalnih-firm-rabota-po-uchebnoj-discipline-menedzhment-tema-mezhdunarodnaya.html
  • lektsiya.bystrickaya.ru/programma-istoriya-i-teoriya-mirovoj-i-otechestvennoj-arhitekturnoj-kulturi-rekomenduetsya-dlya-napravleniya-podgotovki-270100-arhitektura.html
  • otsenki.bystrickaya.ru/soglasovano-s-l-dubrovin-iyunya-2005g.html
  • reading.bystrickaya.ru/kontingent-slushatelej-plan-komplektovaniya-uchebnih-grupp-na-2009-god-chast-2.html
  • shpargalka.bystrickaya.ru/uchebno-metodicheskij-kompleks-po-kursu-psihologi-ya-032900-russkij-yazik-i-literatura.html
  • institute.bystrickaya.ru/glava-7-zapretnij-gorod-sem-let-v-tibete-memuari.html
  • obrazovanie.bystrickaya.ru/programma-disciplini-opd-f-05-mirovaya-ekonomika-celi-i-zadachi-disciplini.html
  • nauka.bystrickaya.ru/uchebno-metodicheskij-kompleks-disciplini-prirodnoe-i-kulturnoe-nasledie-napravlenie-magistraturi-022000-68-ekologiya-i-prirodopolzovanie-magisterskaya-programma-ekologicheskij-monitoring.html
  • shpargalka.bystrickaya.ru/uglevodi-bbk-51-230-57-14.html
  • kontrolnaya.bystrickaya.ru/programma-prednaznachena-dlya-prepodavatelej-vedushih-dannuyu-disciplinu-i-studentov-po-napravleniyu-podgotovki-yurisprudenciya.html
  • pisat.bystrickaya.ru/statya-83-kommentarij-k-pskovskoj-sudnoj-gramote.html
  • zanyatie.bystrickaya.ru/mehanizmi-regulyacii-apoptoza-interlejkinom-4-kratkij-ocherk-istorii-razvitiya-studencheskogo-nauchnogo-obshestva-sankt-peterburgskoj.html
  • ucheba.bystrickaya.ru/programma-disciplini-dpp-f-05-kompoziciya-shifr-disciplini-i-ee-nazvanie-v-sootvetstvii-s-uchebnim-planom-specialnost-030800-050602-65-izobrazitelnoe-iskusstvo-stranica-4.html
  • writing.bystrickaya.ru/arhitektura-i-skulptura-ufi.html
  • literatura.bystrickaya.ru/specialnij-konkurs-dlya-postuplenie-na-obrazovatelnij-proekt-tipa-vspecialist-prohodit-testirovanie-po-inostrannomu-yaziku.html
  • literatura.bystrickaya.ru/shkola-nachinayushego-predprinimatelya.html
  • laboratornaya.bystrickaya.ru/r-v-kuznecova-stranici-istorii-atomnogo-proekta-sssr-v-biografii-i-v-kurchatova-1943-1949-gg.html
  • © bystrickaya.ru
    Мобильный рефератник - для мобильных людей.